28.03.2011 1391

Московская скорая вызывает неотложку

Чиновник от медицины подписал смертный приговор сотням опытных врачей.Главврач городской станции скорой и неотложной помощи Николай Плавунов готов расформировать ее центральную подстанцию. Из штата на периферию города могут вывести все спецбригады, традиционно обслуживающие VIP-пациентов в администрации президента, мэрии, Госдуме, а также пострадавших при терактах. Сотрудники впали в немилость, выступив против сомнительных реформ главврача.
Чиновник от медицины подписал смертный приговор сотням опытных врачей.
Главврач городской станции скорой и неотложной помощи Николай Плавунов готов расформировать ее центральную подстанцию. Из штата на периферию города могут вывести все спецбригады, традиционно обслуживающие VIP-пациентов в администрации президента, мэрии, Госдуме, а также пострадавших при терактах. Сотрудники впали в немилость, выступив против сомнительных реформ главврача.

 


Темная лошадка

В медицинском сообществе Николай Плавунов слывет амбициозным управленцем и карьеристом не без темного профессионального прошлого. Начав трудовой стаж рядовым военным врачом, он быстро дослужился до руководящей должности в департаменте здравоохранения Москвы. И так же быстро ее потерял. По некоторым данным, он был одним из фигурантов громкого финансового скандала, из-за которого в ведомстве в конце 90-х вместе с ним погорел не один чиновник. Департамент не досчитался крупной суммы бюджетных денег, что стоило Плавунову его нагретого места. Чиновника понизили до главврача 64-й больницы в Черемушках, где тот залег на дно, пока не улеглась шумиха. В декабре 2005 года глава Мосздрава Андрей Сельцовский личным указанием передал Плавунову всю службу городской скорой и неотложной помощи. Интересно, что протеже Сельцовского ни дня не работал выездным врачом в «скорой». А все заведующие подстанциями начинали карьеру рядовыми врачами, или фельдшерами в составе линейной (неспециализированной) бригады. Подчиненные нового главврача уверены, что служба скорой помощи нужна ему как трамплин для повторного прыжка в чиновничье кресло. Впрочем, не так давно главврачом заинтересовалась прокуратура, а это может поставить крест на его планах. В департаменте здравоохранения на коллективные обращения подчиненных Плавунова стандартно отвечают, что «нарушений не выявлено».

Подстанция «Центральная»

С нее начиналась вся московская скорая помощь. Сегодня из 27 бригад 14 – специализированные: кардиологические, токсилогические, педиатрические, психиатричес-кие, неврологические, реанимационные. Негласно персонал подстанции относят к элитному подразделению, выезжающему на вызовы в Кремль, Госдуму и мэрию. Доктора имеют колоссальный опыт оказания догоспитальной помощи самым тяжелым пациентам. Бригады участвовали в ликвидации всех терактов и техногенных катастроф в Москве: на Дубровке, Пушкинской, в Тушине, Каширском шоссе и улице Гурьянова. Из-за этого «Центральная» всегда была резервом оперативного отдела, распределяющего вызовы по подстанциям. Большая часть дежурств требует подготовки, бригады заранее резервируются и не направляются к нетяжелым больным.

Сотрудники подстанции считают, что глава службы скорой помощи Плавунов, реформируя отлаженную систему работы, планомерно деквалифицирует врачей-специалистов. Ранее спецбригады выезжали в основном на профильные вызовы. Теперь, если нет вызова по профилю, бригаду посылают на любой вызов, в том числе ложный. Бывает, что сначала к заведомо сложному больному посылают фельдшерскую бригаду, та на место вызывает врачебную, а пациенту срочно нужна помощь специализированной.

– Конечно, реаниматологу несложно выслушать жалобы пенсионерки на повышенное артериальное давление, но в это время линейная фельдшерская бригада будет лечить пострадавшего в тяжелой автоаварии, так как свободных специализированных бригад не будет. Такой подход смертелен для тяжелых пациентов, многие из которых так и не дождутся настоящего профессионала и заплатят жизнью за инициативы «медицинских приказчиков». Противники тоталитарного стиля управления вызываются на ковер к главврачу, где им объясняют: «если вас устраивает ваша зарплата, сидите тихо и не высовывайтесь», – рассказал «Москору» заведующий подстанцией Леон Акопов.

Мэрия не дождется

Со стороны очевидна попытка полностью развалить подстанцию. В кругу соратников Плавунова зреет идея сократить штат «Центральной», выведя специализированные бригады на периферийные подстанции. Врачи предупреждают, что в случае перевода бригад в окрестности МКАД они уйдут из службы СМП, отработают месяц на других подстанциях, а потом переведутся обратно, пусть даже на другую должность. На периферии останутся пустые машины без персонала, а вернувшиеся в линейные бригады врачи потеряют квалификацию.

– В спальных районах, безусловно, надо создавать дополнительные специализированные бригады, а не заполнять пробелы за счет центра Москвы, – заявил Акопов.

Его оппоненты считают, что в центре города спецбригад слишком много, а на окраине для них будет больше профильных вызовов. Между тем любому автолюбителю ясно, что бригаде проще добраться на любой вызов из центра, а не с окраины. Непонятно, почему главврач решил оголить центр столицы, ведь теперь спасение жизни жертв теракта, депутатов и госчиновников будет напрямую зависеть от пробок на дорогах.

Нарушайте ПДД


Транспортные заторы Плавунова волнуют так же мало, как и мэра Лужкова. Глава службы не раз отчитывался перед чиновниками, что смог сократить время доезда до больных в среднем до 30 минут. По словам старослужащих, при прежнем руководителе Игоре Элькисе показатели были такими же, просто до 2005 года у московской «скорой» не было никаких средств связи. В лучшем случае бригада отзванивалась диспетчеру о прибытии с телефона пациента. Позднее скорую обеспечили навигаторами – небольшими компьютерами, которые посылали сигнал о прибытии на место одним нажатием клавиши.

При Николае Плавунове департамент здравоохранения выделил средства на полное оснащение бригад этими дорогими приборами. Большая часть приборов регулярно выходит из строя, так как они не рассчитаны на круглосуточную эксплуатацию в условиях экстренной службы: у них очень хрупкая конструкция, и медики, прибывая на вызов, должны думать о сохранности прибора, а не о здоровье пациента.

Столкнувшись с большим количеством повреждений приборов, главврач приказал вычитать расходы из зарплаты того, кто последним прикасался к передатчику. Не отзвонишься через 20 минут после выезда на вызов – получишь дисциплинарное взыскание себе и непосредственному руководителю. Из-за бесконечных пробок за полчаса «скорая» успевает отъехать от подстанции на квартал. Чтобы не портить начальнику нормативы, бригада порой просто шлет сигнал о прибытии через 30 минут.

В марте 2006 года приказ главврача № 339 предписал бригадам следовать по маршруту с включенными проблесковыми маяками и сиреной, нарушая ПДД, даже когда машина пустой возвращается в гараж. Нарушителям Плавунов лично делал взыскания. По данным совета трудового коллектива станции (СТК), в результате количество ДТП со «скорыми» только за первый квартал 2007 года сравнялось со статистикой за весь 2005 год. Тяжелые травмы при авариях получал как выездной персонал, так и пациенты, которых госпитализировали с нетяжелыми заболеваниями. 24 марта

2007 года в день рождения Плавунова в страшной катастрофе погибли фельдшер 12-й подстанции Евгений Казначеев и сотрудник автокомбината Александр Цветков.

«Скорая» получила ложный сигнал об «аварии с пострадавшими» и ехала по встречной полосе на красный свет. На пересечении улиц Народного ополчения и Берзарина в машину на огромной скорости въехал легковой «мерседес». На помощь пострадавшим приехали их коллеги, двоих пострадавших спасти не удалось. Казначеев умер по пути в больницу на руках у недавней выпускницы вуза, проработавшей в скорой всего месяц. Перед смертью фельдшер повторял, что ему по инструкции «нужно отзвониться» о своем ДТП. Водитель скончался в 67-й больнице через две недели. Выживший второй фельдшер перенес несколько операций и получил инвалидность. В комиссию по расследованию несчастного случая не входили госинспектор по охране труда, представитель профсоюза и органа исполнительной власти. Главврач тщательно скрывал гибель врача на службе от сотрудников станции скорой помощи, департамента здравоохранения и мэрии. Погибшему устроили «солдатские похороны» на 30 тыс. руб.

– Нужно было быстрее отправить тело из Москвы, пока о случае не узнало вышестоящее начальство. Транспортировать тело можно было самолетом департамента. Однако гроб и родных отправили в Волгоград по бездорожью на двух «скорых» марки «мерседес» без холодильника. Бюджетные 20 тыс. руб. на похороны родные получили через полгода. Главврач запретил коллегам прощание с погибшим и сделал все, чтобы сорвать акцию памяти на

9 дней, приказав снять с антенн и зеркал машин траурные ленточки, – отметили «Москору» в СТК.

Деньги на ветер


28 марта единый представительный орган работников станции планировал провести конференцию трудового коллектива, однако из-за похорон фельдшера отменил ее. Накануне все подразделения станции оповестили телефонограммой.

– Как оказалось, наш руководитель готовил переворот, поэтому провел нелегитимную административную конференцию с участием своих замов и зависимых от него напрямую подчиненных. Зал заседания охраняли два наряда милиции и охранники, всем раздали баллончики со слезоточивым газом, так что не «своих» туда не пускали. Участники ликвидировали совет трудового коллектива, – сообщили в СТК.

После упразднения общественной организации Плавунов стал пренебрегать положениями, закрепленными в коллективном договоре между коллективом и главврачом. Документ обязывал руководителя согласовывать с коллективом распределение средств из экономии фонда зарплаты. Контроль за деньгами полностью перешел Николаю Плавунову. Главврач посадил в приемной своего охранника, наделив его обязанностями секретаря. Официально Алексей Нос работал в ЧОП «Гарант». В свободное от основной работы время охранник принимал вызовы и консультировал по телефону тяжелых больных, не имея никакого медобразования.

В 18.00 он уходил с поста, оставляя вместо себя дежурного администратора. Общественным организациям стало известно, что Нос дополнительно оформлен на полставки инженером связи, с шести до десяти вечера он якобы работал в отделе связи, где его никто никогда не видел. В первый же день работы охранника инженером главврач установил ему «надбавку в связи с увеличением объема выполняемых работ» в размере 100%, а затем и щедро премировал. После того, как в июне 2007 года о незаконных выплатах узнал коллектив, охранник широкого профиля исчез.

Однако деньги продолжали утекать в никуда. В начале 2007 года Плавунов потратил более 300 тыс. руб. на термоконтейнеры под инфузионные растворы, которые не должны замерзать на улице. На самом деле эти контейнеры бесполезны, так как в них нет подогрева. Из-за своего размера (почти полметра) ящики для лекарств не помещаются на стандартные места в салоне машин. Крепежных ремней также не предусмотрено, во время движения врач должен держать короб, чтобы тот не придавил пациента. Еще более трех миллионов рублей ушло на транспортные мониторы, регистрирующие электрокардиограмму. Эту функцию дублируют дефибрилляторы, которыми оборудована каждая «скорая».

– Предшественник Плавунова на посту начал аттестацию рабочих мест, на что департамент выделил средства. Новый главврач результаты не признал и инициировал повторную аттестацию, затребовав еще денег. Из аттестационной комиссии приказом Плавунова были исключены все члены СТК и профкома, кроме одного.

Условия труда на местах так никто и не проверил, а средства потрачены. Теоретически скорая помощь работает в сложных условиях, как и МЧС, однако нам не положен даже досрочный выход на пенсию, – отметили в СТК.

Медиков грабят

В мае 2007 года после того, как врачам скорой помощи повысили зарплату, Плавунов снова грубо нарушил коллективный договор. Главврач снизил надбавки стимулирующего характера всем работникам. Кто-то не дополучил

13%, кто-то 46%. Глава Мосздрава и мэр на основании жалоб от медиков обязали его вернуть надбавки. Главврач выполнил требование с 1 июня, не сделав перерасчета за май. Все сотрудники недополучили 20 млн руб. Медперсонал лишили даже компенсации за сверхурочную работу. За переработку им платят только 80% от тарифной ставки, хотя Трудовой кодекс РФ предписывает оплачивать работу в двойном размере. По данным сотрудников, начальство незаконно ввело тестирование при устройстве на работу и систему поборов за проходные баллы.

– Вопросы составлены некорректно. Зачет стоит

$100–300. Деньги идут в карман директорам региональных отделений скорой, но не напрямую. На тестируемых выходят посредники и «предлагают» купить правильные ответы», – сообщил «Москору» на условиях анонимности источник.

Иногородние врачи фактически работают на птичьих правах. С большинством из них по распоряжению Плавунова заключается только временный трудовой договор на 12 месяцев, из них триместр – испытательный срок. С москвичами договор заключают сразу на три года.

Угроза забастовки

В 1994 году московская скорая бастовала всего месяц. Бригады по-прежнему выезжали к пациентам, но отказывались убирать трупы с улиц, без констатации смерти, умерший считался живым. Чиновники пошли на перговоры: медперсоналу подняли мизерную зарплату и обновили аварийный автопарк. Кроме того, уволили главного врача службы скорой помощи, в то время выступавшего за реорганизацию службы, фактически ликвидирующую ее. При таком раскладе без скорой медицинской помощи могли остаться тысячи людей. Подчиненные главврача Плавунова пока не планируют выходить на баррикады. Однако терпение загнанных в угол медиков на исходе.


Елена Горланова, "Московский корреспондент"



Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено