28.03.2011 1178

«Пока спасаем пьяных бомжей, кто-то умирает без помощи»

«Скорая помощь» давно стала притчей во языцех - и долго едут, и не все лекарства с собой у них есть, и, чтобы попасть в нужную больницу, надо дать взятку... Несколько месяцев назад главврач Московской станции скорой и неотложной медицинской помощи (ей подчиняются все столичные подстанции) Николай Плавунов издал приказ «О совершенствовании работы по оказанию медицинской помощи больным и пострадавшим».
«Скорая помощь» давно стала притчей во языцех - и долго едут, и не все лекарства с собой у них есть, и, чтобы попасть в нужную больницу, надо дать взятку... Несколько месяцев назад главврач Московской станции скорой и неотложной медицинской помощи (ей подчиняются все столичные подстанции) Николай Плавунов издал приказ «О совершенствовании работы по оказанию медицинской помощи больным и пострадавшим». В нем черным по белому написано: «При невозможности своевременного направления бригады СМП на вызовы на квартиру к часто обращающимся больным, страдающим хроническим заболеванием, проводить оказание консультативной помощи...»

 

Это что, у нас теперь скорая помощь по телефону?
- У нас всюду нехватка бригад, - говорит заведующий одной из московских подстанций, просивший не называть его имени. - Поэтому приехать к вам могут и через час-полтора. Теперь, чтобы этого избежать, предлагают консультировать людей по телефону. Но почему-то не думают, что только по разговору с больным поставить диагноз сложно. В приемном же покое больницы у пациента возьмут анализы, обследуют его... Лучше бы количество бригад увеличили, чтобы помощь людям вовремя оказывать.
 
«Вы знаете, КТО у нас работает?!»
В феврале в одном из московских лицеев умер 14-летний Саша Парфенов. У подростка была давняя сердечная патология, медики вполне могут сказать, что были бессильны. Кроме того, из школы на «Скорую» сообщили, что мальчик упал в обморок, о сердце ни слова. Поэтому к ним отправили сначала обычную бригаду. А когда выяснилось, что нужны реаниматологи, оказалось, что они в это время по вызову врача поликлиники везли пациентку в больницу для уточнения диагноза. Когда врачи все же доехали до лицея, мальчик был уже мертв...
- Сейчас из 10 вызовов за сутки реанимационная бригада может ни разу не попасть на свой! - говорит уволившийся недавно врач-реаниматолог Евгений Спиридонов. - Порой реаниматологи сутки проводят, измеряя давление бабушкам и подбирая бомжей на улице. А в это время кому-то действительно нужна их помощь...
Как все это отражается на качестве медицинской помощи, думаю, пояснять не надо. Да и не только от количества бригад оно зависит, но и от профессионализма медиков.
Вот прошлогодний случай. Мужчина упал на улице. Приехала «Скорая». Врачи не смогли разобраться, в чем дело, вызвали реаниматологов на подмогу. Те поставили диагноз - «белая горячка», повезли его в больницу, где пациент умер. Ему было всего 39 лет.
Как потом выяснилось, мужчина и не пил вовсе. Сознание потерял от диабетической комы. А ему по дороге в больницу сделали укол раствора глюкозы, это его и погубило.
- Да вы знаете, КТО у нас работает?! - возмущается фельдшер одной из московских подстанций Дмитрий. - Из-за того, что платят немного, кадров катастрофически не хватает. Поэтому берут много приезжих, а у них и образование, и опыт оставляют желать лучшего...
Впрочем, огульно обвинять всех медиков в непрофессионализме нельзя. Да и ошибаются они порой из-за элементарной усталости. Работают-то на износ - даже поесть некогда. На станцию за смену почти не заезжают - вызов за вызовом. Порой одна бригада за сутки может выехать как минимум раз 20. И все это в весьма непростых условиях.
Одна форма их чего стоит. Ткань - чистая синтетика: воздух не пропускает, летом медики потом обливаются. Знающие люди говорят, что такой одежкой только технику накрывать.
В Департаменте здравоохранения Москвы утверждают, что к форме бригад «Скорой» особые требования - она должна быть воздухопроницаемая, не терять окраса и не деформироваться. Одежда рассматривается всегда коллегиально, с участием администрации станции, работников выездных бригад, представителей поставщика ГУП «Гормедтехника».
В общем, все вроде правильно. Но... Одежда, в которой сегодня ходят работники «Скорой», введена еще с 1997 года. Что думают о ней сами медики, мы уже передали.
Берегись автомобиля
Техника у медиков - тема отдельная. Болезненная.
- С 2006 по 2007 г. заменено 530 санитарных автомобилей, - говорят в Департаменте здравоохранения. - Парк машин преимущественно состоит из «Газелей». А автомобили классов «В» и «С» изготовлены с более высоким салоном, что позволяет улучшить качество оказания помощи в салоне.
Вроде бы радость, однако на деле не все так гладко.
Салоны машин в холодное время года - то еще испытание. Не на всех подстанциях есть гаражи, и авто, в которые садятся медики, промерзшие. Доктора мерзнут, о пациентах и говорить не приходится. Попробуй при необходимости раздеть больного в таком холоде.

- Новые машины - такие же «Газели», на которых мы и ездили, - говорит Дмитрий, фельдшер одной из подстанций. - Они не рассчитаны на скорую помощь как таковую. За границей специально производят авто для этих целей. У нас же обычная «Газель», которую оснастили медицинским оборудованием. Некоторые машины такие высокие, что на них не заедешь под козырек приемного отделения в больнице. Вот и везем пациентов на специальных носилках по улице.
Примерно так же, как с машинами, обстоят дела и с оборудованием. Никто не отрицает, что оно - качественное, современное. Однако не все медики считают, что его достаточно. Так, например, врач-педиатр 13-й подстанции Александр Степанов мечтал о новых медицинских приборах для детской бригады и... начал искать спонсоров, чтобы купить такие. Нашел.
- Новый транспортный монитор имеет гораздо больше возможностей по сравнению с тем, что приобрела администрация, - говорит Степанов. - Он показывает частоту дыхания, температуру, оценивает работу сердца, может рассчитать в зависимости от веса и возраста пациента дозу лекарства. Кроме него, в реанимационном чемоданчике есть другие новейшие приборы.
Казалось бы, хорошее дело человек сделал. Но...

- В декабре прошлого года администрация станции Скорой помощи заявила, что я не имею права оборудование использовать, и объявила мне выговор! - разводит руками доктор Степанов. - Я письмо написал на имя главврача Скорой помощи Москвы, объяснил, что готов передать оборудование в безвозмездное пользование станции, и сертификаты необходимые приложил.
Однако с тех пор новое оборудование так и лежит мертвым грузом на складе.
 
«К вам приедут. Ждите...»
«Почему «Скорая» так медленно едет?» - вечная претензия к врачам. Причин масса: и нехватка бригад, о которой мы уже говорили, и пробки на дорогах, и аварии.
Год назад Москву потрясла трагедия, которую работники «Скорой» до сих пор не могут забыть. Машину врачей протаранил «Мерседес». 31-летний фельдшер «Скорой» Евгений Казначеев умер по дороге в больницу, через две недели в клинике скончался водитель медицинского авто Александр Цветков...
Что касается пробок на дорогах - это для мегаполиса и вовсе больная мозоль. Чаще всего загружена Кольцевая. Поэтому мэр Юрий Лужков издал 1 марта сего года приказ, согласно которому бригады «Скорой помощи» должны дежурить на постах ГИБДД у въезда на МКАД - оттуда они быстрее доедут к месту ЧП на Кольцевой.
Уже через несколько дней после издания приказа бригада с седьмой подстанции, дежурившая у одного из постов, выехала на ДТП. И в их машину врезался лихач, проскочивший на красный свет. От удара медицинский автомобиль перевернулся набок и перелетел через все разделительные полосы. Врачу, фельдшеру и водителю понадобилась помощь коллег.
Между прочим, для водителей, не уступивших дорогу «Скорой», в Кодексе об административных правонарушениях есть статья 12.17 - «непредоставление преимущества в движении маршрутному транспортному средству или транспортному средству с включенными специальными световыми и звуковыми сигналами». По ней нарушителю грозит штраф от 300 до 500 рублей или (максимум) лишение прав до трех месяцев. Наказание за нарушение, которое может стоить кому-то жизни, согласитесь, не такое уж суровое.
...Кстати, как решаются проблемы «Скорой», мы, конечно же, попытались узнать у главного врача московской станции Николая Плавунова. Однако на наш официальный запрос в Департамент здравоохранения об интервью с Николаем Филипповичем последовал отказ. Ну что ж, как говорится, отсутствие комментария - тоже комментарий...
 
Плата за оперативность
В Москве у государственной «Скорой» есть альтернатива - платная медслужба.
Недавно у одной моей знакомой поднялось давление. Бригаду «03» она ждала час. Потом не выдержала, позвонила в платную «Скорую». В итоге за вызов и за один укол отдала шесть тысяч рублей. Зато приехали быстро.
Действительно, эти врачи и приедут быстро, и отвезут куда желаете - к вашему знакомому врачу, в проверенную больницу, например. «Бесплатникам» по правилам положено везти пациента туда, куда велит диспетчер, - в ближайшую дежурную или профильную клинику. Правда, и с ними можно договориться. Опять же за деньги.
К слову, медики обычной «Скорой» к коммерческим конкурентам относятся скептически.
- Это та же государственная «Скорая», только вам больше улыбаются, - говорят они. - Это даже «Скорой помощью» нельзя назвать. Так, перевозка за деньги. Если они видят, что больной тяжелый, то тут же вызывают нас - бесплатную «Скорую». Не могут допустить, чтобы пациент скончался у них в машине по дороге в больницу - это повредит их репутации.
Сами же врачи коммерческой «Скорой помощи» утверждают, что их автомобили супероборудованы, и доктора всегда окажут необходимую помощь.
Кстати, платные «Скорые» - это не самостоятельная служба, бригады работают на базе коммерческих медцентров. Таких служб в столице и Московской области сейчас около 30. За вызов пациенту придется заплатить от одной до семи тысяч рублей - в зависимости от сложности.
Действительно, серьезных коммерческих структур - раз, два и обчелся. На некоторых вообще работает всего одна бригада. И трудятся во многих из них те же «бесплатные» врачи - подрабатывают после смены на госслужбе.
 
ТОЛЬКО ЦИФРЫ
В Москве работают 53 подстанции Скорой помощи.
В Московской области действуют 84 станции и отделения Скорой помощи.
На московских подстанциях работают 954 бригады, из них 770 бригад «03» и 166 специализированных.
На одной подстанции Москвы работают от 8 до 28 бригад.
Норматив вызова - 20 минут.
На одну бригаду в сутки приходится в среднем 11,9 вызова.
 
ГОРЯЧАЯ ЛИНИЯ
 
Сюда можно пожаловаться
Департамент здравоохранения города Москвы
Тел. 8 (495) 251-14-55.
Время работы: 8.00 до 20.00.
Выходной: суббота, воскресенье.
Дежурный (круглосуточно): 8 (495) 251-83-00.
Министерство здравоохранения Московской области
Тел.: 8 (495) 609-39-53, 8 (495) 255-99-48, 8 (495) 253-65-76.
Время работы: с 10.00 до 17.00.
Выходной: суббота, воскресенье.
Обед: с 13.00 до 14.00.

ИСПЫТАНО НА СЕБЕ
 
Вызов на «черный адрес» только с милицией?
Проблемы, с которыми сталкивается столичная «Скорая помощь», мало чем отличаются от подмосковных. Только в области медикам еще меньше платят. Нам удалось сутки подежурить на станции города Видное и на себе испытать все, с чем медики сталкиваются каждый день.
В Видном около 150 тысяч человек. Помощь им оказывают 8 бригад местной «Скорой» и еще пять - с подстанции города Московский. Видновская «Скорая» обслуживает МКАД, Минское, Киевское, Калужское, Каширское шоссе, трассы Москва - Симферополь, Москва - Дон. Железные дороги: Киевскую, Курскую, Павелецкую. Частично - аэропорты «Домодедово» и «Внуково».
Первым делом мы попали в диспетчерскую.
- Кто нам только не звонит, - вздыхает диспетчер Елена. Она дежурит уже вторые сутки - больше некому, коллеги болеют. - Некоторые уже поднаторели, знают, что сказать, чтобы мы точно приехали. Говорят: «С сердцем плохо», а на самом деле - напился человек. А один раз поднимаю трубку и слышу: «Девушка, я только с юга вернулась. Скажите, на электричество цену не подняли?»
Рассказ прерывает звонок.
- Человек на улице лежит, ему плохо, - кричит в трубку мужчина.
Мы срываемся вместе с бригадой. Приезжаем - мужик лежит под деревом.
- Срочно в больницу, плохо с сердцем, видимо, от перепоя, - определяет фельдшер Ирина.
Врач Евгений ловко выкатывает из машины носилки. Потом вместе с Ириной пытается уложить на них пьянчугу. Но мужик по весовой категории медиков превосходит. Приходится нам с фотографом помогать.
Оставив мужика в приемном отделении больницы, сразу едем на другой вызов - курсанту в учебном центре УВД плохо. Скрутило во время построения.
- В груди болит, - плачет курсант. - Папка умер... Маму жалко - она одна сейчас.
У парня на нервной почве скакнуло давление. Ему сделали укол и посоветовали обследоваться у терапевта.
И так целый день. Ближе к вечеру отправляют констатировать смерть больного.
- Вообще у нас мало кто ездит в одиночку, - рассказывает фельдшер Василий. - Опасно это бывает. Вот как-то поехали мы на вызов - мужик мужику горло перерезал. И вдруг толпа подростков на дороге. Орут: «Отвезите парня в больницу!» Смотрим - пацан весь избитый, живого места нет. Вроде как надо его забрать, а нас срочно ждут на другом вызове - там человек умирает. Вызвали дополнительную бригаду. Но пока она не приехала, нас не отпустили. Благо раненого мы все-таки успели спасти.
Подобных историй у работников «Скорой» масса. Некоторые даже предлагают создать «черный список» - переписать все адреса, по которым были нападения на докторов. Если поступит вызов на «черный адрес» - ехать только с милицией.
На станцию возвращаемся поздно вечером. Ближе к ночи уставшие врачи ждут вызовов в специальных комнатах для отдыха. За ночь они выезжали 11 раз.
Утром в диспетчерской прощаемся с Еленой.
- Наконец-то домой! - радуется она.
- Отсыпаться?
- Да что вы! У меня младший ребенок болеет, а старшего надо из школы забрать - сегодня муж уходит на сутки. Потом у меня еще подработка...
Анна ФИРСОВА, Фото Хайырбека ЭМЗЕЕВА и Анатолия ЖДАНОВА. —
Комсомольская правда 15.05.2008


Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено