Выбор

Не могу сказать, что именно эти мысли пришли мне в голову, когда видимость на мониторе внезапно стала в буквальном смысле нулевой. То есть на квадратной черноте экрана с годой надписью "Sony" багровело круглое и...
Не могу сказать, что именно эти мысли пришли мне в голову, когда видимость на мониторе внезапно стала в буквальном смысле нулевой. То есть на квадратной черноте экрана с годой надписью "Sony" багровело круглое и бесстыжее око камеры. И больше ничего... Брюшная полость схлопнулась, как проколотый озорником воздушный шарик и вездесущий сальник тут же залепил глаз лапароскопа.
- Ч-чёрт! Наверное, газ в баллоне кончился. Проверять надо перед операцией!
- Да проверял я, Евгений Вениаминович! Нормальное давление.
Я оторвал трубку от троакара и поднёс к лицу - характерный холодок углекислоты - увы! - не бился пульсирующей струйкой в висок.
- Юля, будьте добры, включите и выключите инсуфлятор. Может, с ним что? Но вчера ведь номально работал!
- Это всё потому, что у хирургов отсутствует привычка заранее перед операцией самим проверять все инструменты и оборудование. - с нескрываемым раздражением изрёк анестезиолог с соседнего стола. Полноватый, невысокого роста, с презрительно глядящими из-под набухших верхних век глазами, он походил на бульдога, воспитанного высокомерным хозяином.
- Зря Вы так, Сергей Николаевич, я проверял. Всё работало.
- Ладно, ты не болтай. - бросил ассистент. - Ну, что там с инсуфлятором?
Евгений Вениаминович нервничал. И, надо признать, повод был.
Лапароскопическая холецистэктомия таит в себе массу неожиданностей, как, впрочем, и любая операция. Сегодня же эти неожиданности случались прямо-таки с пугающей частотой. Сначала пузырь, оказавшийся замурованным в инфильтрате, на кроню пресёк возможность быстрой и лёгкой операции. Подкравливало ложе. А теперь вот ЭТО...
Обиднее всего было то, что ситуация случилась на финальном этапе операции. Пузырь был уже удалён и тусклым, обмякшим мешочком валялся за печенью. Оставалось лишь вытащить его на свет Божий, убрать кровь и промывные воды и установить дренаж...
Холодный пот в буквальном смысле прошиб меня - инсуфлятор приказал долго жить: из баллона с углекислотой весело вырывался газ, но из проклятого ящика наружу ничего не поступало! Индикаторы, лампочки горели, что-то в нём гудело, но газ не подавался! Да-а-а... Непечатные слова так и лезли в воспалённый мозг. Ну не делать же, в конце концов лапаротомию, чтобы достать пузырь! Это же какой-то ... позор!
Обстановка медленно накалялась. Все понимали, что операция затягивается на неопределённое время.
Закон подлости. Иначе не назовёшь. Женщина приехала из райцентра, по договорённости, мало того, ещё и медсестра. Одни отягощающие факторы, блин!.. Ну не открывать же живот!
Противно ныло под ложечкой...
Идея!
- Юля, сходите, пожалуйста, к гинекологам. У них ведь есть стойка. Может она сейчас не занята? Мы могли бы взять инсуфлятор у них.
Ситуация несколько разрядилась. Сестра уселась на табуретку, накрыв руки салфеткой, а мы с Евгением Вениаминовичем пристроились на подоконнике.
Это была моя восьмая операция. Тем более, пациентку прислал отец... На душе было противно. Ощущение сходное с тем, какое испытывает человек, наступивший на собачью колбаску на улице - досада и глухое раздражение.
Хлопнула дверь. Юля!
- Ну что? - я сорвался сместа, - а где аппарат?!
- Занят... - виновато и как-то робко - у них тоже сейчас скопическая...
Всё. Катастрофа. Провал на пороге победы. Операция была потеряна. Открыться за пять минут до конца для того, чтобы достать уже удалённый пузырь! Час напряжённого труда, буквально выгрызая его из инфильтрата, усталое "Да!", когда в дымке коагулятора исчезла последняя спайка и заветный мешочек повис на зажиме... Всё напрасно! Б...!
Предательский холодок пробежал между лопатками... НЕТ! Должен быть выход...
Мысли летели цепляясь и путаясь. Проблема - газ. В баллоне давление есть. Инсуфлятор - блок. Одно звено в цепи "баллон - троакар" лопнуло. А что если... Но... Удалить! Ликвидировать, как класс, как некогда призывал товарищ Ленин! А ведь получится, ей Богу, получится!
- Евгений Вениаминович, всё нормально. Сейчас закончим!
- Давно пора. Валя, давайте, собирайте на лапаротомию...
- Нет. Мы так закончим, ка и начинали.
- Ошалел что ли? Вслепую пузырь удалять собираешься?!
- Да нет же, Вы не поняли. Геннадий Николаевич, будьте добры, я Вас очень прошу, поработайте инсуфлятором.
- Это как? - оторвавшись от кроссворда усмехнулся в усы и, лукаво прищурив глаз, вопросил анестезиолог, - Что это ты придумал?
- Ну, Вы выдерните шланг от троакара из этого бесполезного дурацкого ящика и воткните его в шланг от баллона. И подачу газа уменьшите. Как у нас поддует живот, Вы перекроете вентиль, а начнёт сдуваться - вновь поддадите.
- А что, это вариант. М-молодец!
Решение было найдено. Соединив напрямую баллон и пациента я, конечно, поступал не вполне корректно и рисковал, поскольку контролировать внутрибрюшное давление мог лишь "на глазок". Впрочем, Геннадий Николаевич блестяще справился с ролью инсуфлятора, исправно выполняя функцию предохранительного клапана. мы, наконец, получили приемлемую экспозицию, помылись, отсанировались и, без особых уже проблем, удалили-таки злосчастный пузырь.
Дренаж. Десуфляция. Швы на кожу.
- Всем спасибо! Конец операции.
И на часы. Двенадцать тридцать. Два с половиной часа. Да-а-а, многовато для холецистэктомии... Холецистэктомии... Но всё же - лапароскопической холецистэктомии! А?! Не открытой!!
Взгляд шальным солнечным зайчиком метался по сторонам, противно липла к телу рубаха и как-то предательски ватно было в ногах. Схлынувшее напряжение сменялось душной и пыльной рефрактерностью..

- Скажите, доктор, а почему у меня так долго шла операция? Соседки говорят "тебя четыре часа не было" - встретила меня утром вчерашняя больная.
- Вы понимаете, - неторопливо и авторитетно, глядя в недоверчивые и осторожные глаза вопрошающей ответил я. - У Вас был очень трудный клинический случай. Видимо ранее Вы неоднократно переносили приступы "на ногах". Тяжёлый спаечный процесс...
Слова лились мерно и безостановочно, а в голове прыгала резиновым мячиком мысль: Знала бы ты... Э-э-эх! Главное, получилось всё классно! Ты уж теперь не подведи, поправляйся, давай... Да-а-а. А свежо-то как сегодня на улице, и небо - ни облачка...

18.11.2007 г.

Комментарии

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено

Название рассказа*


Анонс
Полный текст*
Ничего не найдено
Картинка

Защита от автоматического заполнения