Как БИТы цистостому лечили.

Сказка- быль "Униженные и оскорбленные, или сказание о том, как БИТы цистостому лечили."
Сказка- быль "Униженные и оскорбленные, или сказание о том, как БИТы цистостому лечили."
В тридевятом царстве, в тридесятом государстве жила-была бригада интенсивной терапии, или как их еще прозывали, 8-я бригада. Врач и фельдшер. Жили душа в душу, долго и счастливо, пока чуть было не умерли в один день. Преимущественно от хохота, хотя всяческих других отягощающих существование факторов тоже было предостаточно...



Значит, дело было так. Сидит это бригада, никого не трогает, починяет примус, уже целых десять минут. Пополняться приехали. Чаю себе налили, хорошо им. Тут, откуда не возьмись, вызов, с интересным поводом: «Мужчина 67, умирает». В примечаниях – «второй больной Сурков, п/с». Повторный вызов. И директива от руководства – без милиции в квартиру не подниматься. Побежали выяснять, в чем дело, оказалось, что в квартире уже была скорая, у второго больного Суркова, которому п/с. И скорую там встретили совсем неласково, не покормили, не напоили, в баньку не пригласили, только любить пытались. Скорая обиделась и пожаловалась на центр. Центр подумал и решил, что не дело это, без милиции на такие вызовы ходить. А бригаде что, они послушные. Сказано с милицией, значит, с милицией.

Приехали к подъезду, ждут стражей порядка. А стражей нет и нет. У них, как потом выяснилось, тоже завал Петрович был, три грабежа, убийство и многочисленная громкая музыка в соседних квартирах. И машина всего одна. Вот и не успевает милиция, не порваться же им! А скорая ждет. И пациент ждет, не помирает, там, наверху, в квартире. И выбегает во двор трепетный пациентов сын и, по совместительству, пациентов брат (второго больного Суркова). Босой и пьяный. Сильно пьяный, слегка пошатывается и пытается курить незажженную сигарету. Подбегает он к машине и первым делом требует зажигалку. Зажигалка силами водителя была ему предоставлена. Организм покурил и вспомнил, зачем он, собственно говоря, прибегал. Отец же умирает! А они, скорая то биш, собаки такие, не идут отца спасать от смерти лютой! Милицию ждут, видите ли. Осерчал тут богатырь, засвистел молодецким посвистом, тирада была минут так на 15, воспроизвести не смогу, потому что неприлично. Часто поминал всесильного Гиппократа и данную ему клятву, однако не помог ему Гиппократ. Врачи-убийцы как сидели в машине, так и сидят. И решил добрый молодец, во имя родителя своего, подлецов из машины вытряхнуть. Как дунул, как налетел – а машина стоит, не шелохнется. А в машине главный злодей, доктор, чего-то в рацию говорит. Докладывает центру, что машину пытаются ломать. Центр подумал и посоветовал подняться в квартиру, поглядеть. Однако не получилось у бригады никуда подняться. Во дворе нежданно-негаданно появилось семеро козлят. Лет по 19-20, пьяненькие и в связи с этим преисполненные гражданским сознанием и чувством ответственности за судьбы нации и родины. Прояснив для себя ситуацию, они, как завещал великий Ленин, бросились восстанавливать поруганную справедливость, а именно похватали какие-то арматурины и вознамерились бригаду из машины добыть путем вскрывания последней. Но подлая «скорая помощь» не дала им побороться за правду, так как позорно дезертировала с места происшествия по направлению к районному ОВД. Спасайся, кто как может.

Наряд милиции ехал на грабеж. Не доехал. Дернули по рации. Говорят, у нас тут в отделении скорая плачет, их на вызове бьют, и портят казенное имущество, гордость подстанции, старинный мерседес - реанимобиль. Милиция плюнула и поехала сопровождать. А как быть, повод-то не хухры-мухры, а «умирает», не поехать никто не может. Приехали, вломились в квартиру. Восьмая бригада, робко выглядывая из-за спин стражей порядка, долго пыталась понять, где же умирающий пациент. Методично обыскивая квартиру, обнаружили второго больного Суркова, которому уже не было п/с, а просто хотелось спать, и врач у него уже был, и полечил, и все в порядке, в услугах не нуждается. Но бригада тоже не лыком шита, они помнят заветы доктора Таравана: больной должен быть обнаружен любой ценой! Пройти в комнату, где предположительно можно было найти умирающего, не удавалось, так как вокруг бегал пациентов сын и пытался, несмотря на присутствие представителей власти, удушить и растоптать врача. Неожиданно подоспела подмога в лице бывшей жены пациентова сына, и пока добрый молодец выяснял отношения со своей экс-супругой, доблестные БИТы проникли-таки в комнату.

В комнате сидела не заколдованная царевна, и даже не было меча-кладенца, а сидел там дедок, с двумя инсультами в анамнезе, расстройствами когнитивной и речевой функций, аденомой предстательной железы и цистостомой. Мало что соображающий дед на попытки сбора жалоб и анамнеза показывал свой мешочек с мочой. Путем долгого допроса с пристрастием, периодически прерываемого появлениями любящего сына, который на любые вопросы отвечал: «Это мой отец!», были получены данные, позволяющие подозревать, что дедушке мокро и неуютно сидеть. Ближний осмотр подтвердил это незатейливое предположение. У ДЕДУШКИ ВЫПАЛА ЦИСТОСТОМА!

Ощущения, испытанные бригадой интенсивной терапии можно сравнить, пожалуй, с прилетанием пыльного мешка прямо по голове. Орлы, соколы можно сказать, сами себе приятные и сами собой гордые, спасители людей и прочая, и прочая… Умирает, значит… Щас точно кто-нибудь здесь умрет! Но, встретились взглядами врач и фельдшер и вдруг начали гоготать как два веселых гуся. Дело опасно приблизилось к истерике. Взвизгивая и всхлипывая, поползли они звонить в оперативный отдел старшему врачу. Старший врач, отсмеявшись и удостоверившись, что никто не умирает, порекомендовал вызвать на себя фельдшеров.

Рыдающую от смеха 8-ю бригаду на спецпульте не сразу поняли. Вы, говорят, заболели там? Какую вам спецбригаду? Каких спецов по перевозке выпавших цистостом? Нет таких! Ах, фельдшеров вам? Это надо согласовать со старшим. И пошли согласовывать.

Через несколько минут рыдал уже весь оперативный отдел. Хорошо, говорят, сейчас пришлем. Только вы не уезжайте, сдайте больного, чтобы все честь по чести. И милицию не отпускайте. А у милиции тем временем грабеж, на который они ехали, уже благополучно свершился, и милиция там уже была не нужна, а была нужна следственная группа, собирать материал. Милицию пытались послать на какой-то другой разбой, но уехать они не могли, надо было дождаться вызванную на себя «спецбригаду».

Представьте себе на секунду, дамы и господа, что испытала несчастная фельдшерская бригада, получив подобный вызов. Они решили, что у БИТов совсем затык, не хватает рук, бежали, чуть не падали. Прибежали, пересдались, отвезли, привезли обратно. Гордые собой БИТы, кукарекая, поехали сдавать карту вызова, в которой в графе "результат вызова" стояла цифра "20" ("пациент передан спецбригаде").

Итог веселой сказки достаточно печален. За три часа, потраченные на этот вызов, в районе произошло: три авто, одно падение с балкона, один осложненный инфаркт, на который спецы ехали с другого конца Москвы, три грабежа, одно убийство, одна квартирная кража. Слов нет. И букв уже тоже.

Комментарии

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено

Название рассказа*


Анонс
Полный текст*
Ничего не найдено
Картинка

Защита от автоматического заполнения