Золотое сечение II

Виктор растоптал в пепельнице коротенький  "столичный" окурок и со вздохом принялся вылезать из узкого пространства между холодильником и кухонным столом. Вилена открыла вечернюю бригаду и он остался один на...
Виктор растоптал в пепельнице коротенький  "столичный" окурок и со вздохом принялся вылезать из узкого пространства между холодильником и кухонным столом. Вилена открыла вечернюю бригаду и он остался один на четыре часа. Из селектора под потолком тихо потрескивало и похрюкивало.
-Двадцатая бригада! Доктор Носов! У вас вызов. - вкрадчиво повторил голос дис-петчера.
Носов, не торопясь, ополоснул кружку от остатков грузинского чая  и пошел к окошку диспетчерской. Оттуда уже торчала свернутая в трубочку карточка. Носов про-читал повод и ему стало нехорошо... Поганее повода не было. "Ребенок 3 года, отравле-ние клофеллином" мощнейшим антигипертоническим препаратом... Он позабыл о своей нарочитой медлительности и, вернув былую упругость в ногах, почти бегом вошел в во-дительскую. За  обшарпанным от постоянного биения столом сидел его водитель - То-лик Садич и двое других водителей: с акушерской бригады и  перевозки.
-Толик! Погнали! У нас ребенок...- сказал Носов, пытаясь всем своим видом пере-дать тревогу.
- Ну чего ж, ребенок так ребенок, - сказал Толик, не отрываясь, и махнул по столу доминушкой, - А вот так! Шершавого?!!! - объявил он.
-Толик! Я  серьезно...- сказал Носов, тихо, но закипая. - Отравление клофеллином...
Водитель с "акушерки" бросил камни на стол.
- Езжай, Толик.
-Ну ладно! - заныл Толик, - Ну чего ты, Михалыч, щас доиграем, и поеду...
- Вали, салага, -добавил  водитель с перевозки и скинул свои фишки. - И, моли бо-га, что это не твой ребенок... Пацан.
Толик расстроено положил свои камушки, еще раз с сожалением посмотрел на стол с выигрышной партией и , тяжело вздохнув, вышел. Он не понимал.
К дому подъехали без особого шума. Дверь в квартиру была открыта. Носов на всякий случай надавил на кнопочку, дождался БИМ-БОМ и прошел в прихожую. На-встречу ему устремилась встревоженная женщина.
- Где ребенок? - спросил Носов.
- Она здесь, в гостиной, спит, - ответила женщина. Высокая, ростом почти с Носо-ва, она ломала тонкие пальцы, и прерывисто вздыхала, будто сдерживая рвущийся плач. А Носов второй раз почувствовал предательскую слабость в ногах "спит!". Он быстрым шагом прошел в гостиную и увидел лежащую на диване девочку.  Бросил ящик, и накло-нившись потряс ее за плечи, легонько похлопал по щекам. Девочка поморщилась, вяло попыталась махнуть рукой. Носов обернулся к матери:
-Когда и сколько она выпила клофеллина? - спросил он.
Мать протянула ему пустой флакон. 50 таблеток.
- Я только сегодня для мамы купила полный.
Носов готов был лечь рядом с девочкой. Мыслей не было никаких. Это конец. По-думал Носов. И на ум ему тут же пришло неуместное, "но он ошибался. конец был в дру-гом кармане...". Это  вдруг отрезвило и придало энергии.
- Когда?! - почти  проорал он.
- Минут пятнадцать назад. - спокойно сказала мать. - Я на секунду вышла из ком-наты. Мать у меня, тварь - сказала она вдруг с ненавистью. - гипертоник, пьет его и бро-сает где попало...
Она еще не понимала, что произошло. Это Носов знал, что чудес не бывает... Но и он надеялся на маленький шанс.
Пятнадцать минут! Пятнадцать минут! Думал он, скачками спускаясь по лестнице, лифта ждать было некогда... В машине он рывком распахнул дверь и выволок на середи-ну салона брезентовый мешок с разными прибамбахами, нашарил в слепую пакетик с желудочным зондом и тупо уставился на него, зонд был толщиной с его палец, Господи, как же я его запихну? И сунув зонд в карман он влетел в распахнувшийся лифт, чуть не сбив выходившего старика с клюкой, тот зашипел, стал плеваться сквозь дырки во рту, однако Носов ничего этого уже не видел, лифт понес его на 10-й этаж.
В комнате Носов еще раз примерил зонд, ужаснулся, нет я не смогу! И перевернув девочку на живот вдруг засунул ей свой толстенный палец прямо в горло, та конвуль-сивно изогнулась и на пол вылетели желто коричневые комки среди которых белели ма-ленькие точки. Есть БОГ на свете! Подумал Носов, сколько там их? Все-таки полный флакон. И сколько успело всосаться? Девочка уже в сопоре, и сопор этот нарастает, дальше - кома и... финал! Носов еще раз покопался в памяти, желудок надо мыть! Он снова примерил зонд на длину, сантиметров 20-25, может и меньше... Как же его туда впихнуть?
Он послал мать на кухню за ковшом с водой и тазиком , а сам пока ее нет, попро-бовал задвинуть в горло девочки зонд, та опять выгнулась и выдала на пол еще одну порцию каши, но беленьких точек там уже не было... Черт! ЧЕРТ! ЧЕРТ!!! Девочка ста-новилась пластилиновой она вываливалась из рук, расползалась на диване и уже никак не реагировала на попытки Носова еще и еще раз поставить зонд,
Носов, весь в мыле, оглянулся на мать, стоявшую за его спиной с тазиком и ков-шом.
- Уберите, пожалуйста! - кивнул он на лужи на полу и рванулся к ящику с лекарст-вами. Набрал что-то из дыхательных аналептиков... А сколько? Дозы? Это ж дети, у них все не как у людей! Половину, четверть ампулы? Не помню... Набрал половину, развел физраствором и попытался найти тонюсенькую венку на такой же тонюсенькой ручке... Куда там! Потыкавшись, Носов ввел все под кожу.
В этот момент в прихожей хлопнула дверь и старушечий голос произнес:
- Ну вот и я! А там к кому-то "скорая" приехала...
Носов поглядел на мать и ужаснулся, такой дикой ненависти он еще не видел ни-когда... Казалось от одного только вида ее надо было умереть на месте.
- Тварь! - закричала она, - Стерва старая! Погляди, что ты наделала!
В комнату вошла полная пожилая женщина, в вязаной кофте, пуховом платке и, увидев белый халат, лежащую на диване девочку и разъяренную мать, охнула, всплесну-ла руками и закатив глаза повалилась на бок... Угол рта быстро пополз вниз.
- Тварь! - кричала мать, - это ты оставила лекарство! Ты вечно их раскидываешь, где попало!
Носов подбежал к бабушке, осмотрел бегло - Инсульт! Снова чертыхнулся, и начал набирать лекарства в шприцы. Тут он уже быстро нашел вену, ввел все что считал нуж-ным и повернулся к матери, та уже просто плакала, держа девочку на руках.
- Где телефон?
Мать кивнула в сторону прихожей.
- На кухне.
Носов перешагнул через растянувшуюся поперек комнаты бабушку и, оглянувшись на мать, принял решение. На кухне он быстро дозвонился до диспетчера.
- Юленька, миленькая, -  затараторил он. - Мне нужно место в больнице, отравле-ние клофеллином, 50 таблеток (на том конце провода тихо охнули),  у бабушки инсульт и мать, я голову даю на отсечение, не отдаст девчонку в больницу, давай милицию...
- Уверен? - спросила Юленька.
-Да ! - подтвердил Носов, - глаза сумасшедшие, облапила ее, не вырвать!
-Хорошо, я вызову, - грустно сказала Юля, - но ты же знаешь, они в эти дела не любят вмешиваться...
-Да, я знаю, но постараемся...
-Повезешь... В Филатовскую, -сказала диспетчер центра, дождавшись ответа отде-ла госпитализации.
- Спасибо. - сказал Носов и положил трубку.
В комнате опять назревали события. Бабка пришла в себя, явления инсульта почти прошли, она сидела на полу и растрепав волосы, тихо выла. "Леночка, Леночка..."
Мать уже ничего не говорила, лишь мерила комнату из угла в угол, глядя остекле-невшими глазами перед собой, дочь висела у нее на плече. Носов присмотрелся девочка дышала, тихо-тихо, распустив губки.  Носов стал спрашивать имя и фамилию девочки, мать отвечала, как сомнамбула, и не останавливаясь ходила по комнате под  бабкин вой.
- Положите девочку, - сказал Носов строгим голосом. Мать выполнила приказание и положив Леночку на диван, отошла в сторону и сложила руки на груди будто моли-лась. Носов померил давление. Очень низкое, но есть, и пульс, хоть и слабый но опреде-ляется... Сколько у меня еще времени? Сколько  его у нее? Кто б знал? Ну где эта черто-ва милиция?! Черепашьим шагом, что ли идут, здесь отделение  через три дома, или то-же, как Толик, в домино играют? Да нет, эти наверное не играют...  Он повернулся к ма-тери:
- Девочку надо везти в больницу...
Мать мотнула головой, словно отмахивалась от комарья...
- Не отдам! - сказала вдруг хриплым низким голосом, - Нет.
- Она может умереть, - сказал Носов, пытаясь вложить в свои слова максимум убе-дительности. Мать кинулась к ребенку, будто Носов уже увозил ее и подхватила на руки
- Пусть!, Я  не отдам ее! - в глазах матери появился безумный блеск, она периоди-чески встряхивала девочку, целовала, не видя, что та никак не реагирует на ее ласки...
В дверь позвонили, мать рванулась было в прихожую, но увидев, что туда устре-мился Носов, опять пошла по комнате..
Бабка возилась на полу, пытаясь встать, видно мочегонное подействовало...
Носов вышел в прихожую, входили двое - маленький в штатском с папкой под мышкой и здоровенный сержант с буденовскими усами. Носов его узнал, встречались раньше... И сержант узнал Носова, пробубнил "здравствуйте, доктор". Тот что в штат-ском, деловито осмотрелся...
- Что случилось? - спросил он, - нам толком ничего не объяснили...
Носов, прикрывая их от женщин в комнате, стал вытеснять в сторону кухни, и ко-гда вытеснил из прихожей совсем, прикрыл дверь и тихо и горячо стал объяснять:
- Здесь девочка, 3 года, выпила смертельную дозу лекарства, бабка забыла на сто-ле... А мать не дает ребенка в больницу... Я  даже не стал уговаривать, она ничего не по-нимает... - штатский смотрел с сомнением, видимо решал, как поступить, а сержант про-бубнил, - " Ну это ж не наше дело... бытовуха...", однако штатский вдруг проникся, и серьезно одернул сержанта:
- Нет, это уголовное дело! - сержант посерьезнел и закивал. - Пошли! - и штатский, решительно отодвинув Носова, прошел в комнату.
Они вошли в гостиную. Женщины  разом замолчали и уставились на сержантские погоны. Носов сурово сказал:
- Это товарищи из милиции, они должны разобраться, в чем тут дело...
Штатский строго и  хмуро поглядел на женщин, достал из папки сколотые через копирку листы протокола и сказал матери:
- Положите девочку, и пойдемте расскажете мне, как все произошло...
Мать послушно, положила Леночку на диван и пошла за штатским на кухню, про-цессию замыкал сержант. Бабка, почувствовав, что дело пахнет керосином, потащилась следом за ними... А Носов, видя, что до него уже нет никому дела, дождался, когда все прошли на кухню, тихонечко сложил ящик и, подхватив девочку на руки, так же тихо вышел и прикрыл за собой дверь, стараясь не хлопнуть.
Он бегом спустился по лестнице, и ворвавшись в салон Рафика проорал:
-Толян! быстро в Филатовскую! Мухой!
Толик, неизвестно с какого перепугу, державший машину под парами, втопил газ до пола и с визгом стартовал... Носов оглянулся, уже когда рафик выворачивал на улицу, увидел растрепанную мать и бежавшего за ней усатого сержанта...
Толик без напоминаний включил и маяк и сирену. Раф несся по вечерним улицам, наступали сумерки, несмотря на будни машин было много... Толик распихивал всех, он наседал на бестолковых чайников, светил фарами и через десять минут они уже подъе-хали к перекрестку на Садовое кольцо. Здесь их ждала пробка. Толик секунду постоял в левом ряду и решительно выехал на встречную, обогнул всех и стал первым, дальше ехать он не решился, поперек шел сплошной поток машин. Посередине перекрестка сто-ял стакан с регулировщиком.
- Он, видно, сам регулирует, - предположил Толик, - Гад, ведь слышит же сирену...
- Сейчас, - сказал Носов, - партию в домино закончит, переключит...
- Да какое у него...- начал было Толик, но тут до него дошло и он густо покраснел. Толик включил галогеновую фару искатель на крыше Рафика и направил ослепительно белый луч на стакан регулировщика. Тот прикрыл глаза рукой и, потерпев еще несколь-ко секунд,  переключил светофор.
Они быстро проехались по территории  старой больницы до приемного отделения, и Носов внес девочку в смотровую... Доктор моложе Носова, оформлял историю, и не отрывая глаз от бумаги, спросил:
- Что?
- Отравление клоффелином, пятьдесят таблеток, - ответил Носов, ощущая , как его покидает безумное напряжение, ВСЕ! ВСЕ!
- Мыли? - спросил доктор по прежнему не отрываясь от писанины.
- Пытался, - честно ответил Носов, - вызвал два раза рвоту, ввел стимуляторы ды-хания, и привез сюда...
- Родители здесь? - спросил голубой колпак, потому, что лица врача Носов так еще и не увидал. Девочку он положил на кушетку.
- Нет. - ответил Носов, заводясь, - Мать не хотела отдавать, я привез ее сам.
Врач, наконец оторвался от бумаги, и  посмотрел на Носова.
- Вы что, доктор, с ума сошли? - спросил он. - А если она умрет?
- Видно будет, - ответил Носов. - Сейчас, времени жалко, прошло меньше часа. Действуйте же, доктор...- Он посмотрел на табличку на столе, -  Бурда.
Доктор Бурда пожал плечами, взялся за телефон без диска и сказал в трубку:
- Приходите, девочка три года, отравление клофеллином, сколько? -  поднял он глаза на Носова, тот повторил, - пятьдесят таблеток, без промывания желудка... - Он по-ложил трубку, взял девочку и кивнув Носову, пойдем, перенес ее в соседнюю комнатку. Уложил на кушетку, достал из под нее тазик с зондом точно таким же, как лежал в меш-ке у Носова, кувшин и, кивнув опять, держи голову, за секунду ввел Леночке зонд в же-лудок.
- Давай, доктор, отрабатывай. Сейчас придут из реанимации, ты пока отмывай, а у меня там еще полный коридор. - У Носова вдруг куда-то исчезла вся злость на этого Бурду, он взял кувшин и начал набирать в него воду... - Да, доктор, - сказал Бурда уже в дверях, - ты свою фамилию напиши в сопроводиловке разборчиво. Может, искать при-дется...
Носов заливал, сливал, заливал-сливал... Потом из какого-то коридора вывернулись двое с каталкой, погрузили Леночку и укатили в даль...
Носов закурил в машине, Толик молча смотрел на него, потом спросил:
- Чего было-то?
- Чего, чего, - проворчал Носов, - Поехали обратно.
- Куда? - удивился Толик.
- На вызов, где были...
- Ты чего, забыл чего?
- Забыл, - ответил Носов, затягиваясь... Может и выживет?... А?
Когда они приехали к дому, у подъезда все было тихо, а в квартире по комнате хо-дил хмурый мужчина, женщин не было... Он поднял глаза на Носова и посмотрел вопро-сительно.
- Это я отвез девочку в Филатовскую, - словно в омут бросаясь,  сказал Носов.
Мужчина качнул головой и сказал:
- Ну и правильно сделал. Я ей уже вмазал... - хмуро добавил он, имея ввиду свою жену. - А как дочь?
- Очень тяжелая, - сказал Виктор, чтобы не обнадеживать... - Ее увезли в реанима-цию... Можете поехать к ней.
- Само собой, - усмехнулся мужик, - А эти две стервы пошли в милицию заявление на тебя подавать.... Но ты не дрейфь, я заберу.  В какой она больнице то?
- В Филатовской...
Носов обо всем рассказал на подстанции старшему врачу. Тот качал головой и ска-зал, когда Виктор закончил:
- Ну и дурак же ты, Витя... Надо было мне позвонить. Может, вдвоем мы бы разо-брались, а теперь накрутил... Смотри, может и повезет, отмажешься...
Старший доктор пошел звонить в больницу. Через два часа, когда Носов в очеред-ной раз вернулся с вызова, сказал:
- Бог тебя бережет, Носов. Девочка хоть и без сознания, но ее уже подключили к искусственной почке... Шанс есть, жди.
- Сколько? - спросил Виктор, облизывая пересохшие губы.
- Я думаю, недели две, не меньше. Старший доктор, сочувственно глядел на  Носо-ва, - ладно, я буду им позванивать, успокойся...
Неделя прошла, Старший доктор, сказал, "В сознание пришла", еще через неделю " без изменений", И, лишь, к концу месяца сообщил, "Все нормально, почки заработали, девочку перевели в отделение". Стоил Носову этот месяц дорого... Только встречи с Ви-лечкой немного снимали тревогу и напряжение.

Комментарии

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено

Название рассказа*


Анонс
Полный текст*
Ничего не найдено
Картинка

Защита от автоматического заполнения