Обычный сентябрь

- Не-е-а, - я смачно хрустнула сухарем, пакет с которыми выложила на стол Анютка. – Я сегодня заработала зачет за целый год. Теперь по вторникам и четвергам буду приходить после первой пары...
- Не-е-а, - я смачно хрустнула сухарем, пакет с которыми выложила на стол Анютка. – Я сегодня заработала зачет за целый год. Теперь по вторникам и четвергам буду приходить после первой пары.

- Это где у нас зачеты на год раздают? – не меньше Вити удивился доктор Саша, даже чашку на стол поставил. – Чего-то ты заливаешь.

- Я девушка честная, а вот всякие доктора так и норовят обидеть, - надулась я на такие подозрения. – А зачёт я честно заработала на «общем уходе за больными». Так что, на свободу с чистой совестью.

- Пёрошница, - возмутилась Анютка. – Вот вечно ей везет!

- Так я же у Бога телёнка спёрла, причем, самого крупного, - я кивнула, соглашаясь с её возмущением.

Это же ничего не решало, от занятий по этому предмету я была свободна до лета. Осталось только сдать экзамен в июне.

- Тогда пойдем, по шарику постучим, - предложил Витя.



Нам не дали доиграть партию и это спасло меня от позорного проигрыша. В то утро Витя резал шарики так, что они сумасшедшими свечками улетали в кусты. Не помогали даже сильно закрученные подачи, он и их умудрялся принимать в стол.

- Лютует Тигра полосатая? – поинтересовался вернувшийся с вызова Юрка, усаживаясь на лавочку.

- Не то слово, совсем озверел мужик, - прокомментировал доктор Саша. – Загонял девчонку.

- Рыжая! А я ведь предупреждал, не водись с ним, - не удержался от подколки Юрка. – Тигр у нас злой, недобрый, а я – мужик ласковый. Так и быть, возьму тебя на бригаду, если хорошо попросишь.

Стукнувшись о стол с жалобным писком, шарик раскололся по шву, и обе половинки соскользнули вниз в траву.

- Юрка, я даже за сто пончиков в голодный год, к тебе не пойду, - ответила я и показала Юрке язык. – Не мечтай, с тобой скучно.

- Чертова кукла! – возмутился Юрка. – Нет, ну ты видел? – обратился он к доктору Саше. – Никакой субординации!

- А ты губенку-то подбери, - с хохотом посоветовал доктор Саша. – А то Витька на неё наступит, больно будет.

- Наступлю, - пообещал Витя, снова отправив меня в кусты на поиски очередного шарика.

- Да отцепитесь вы от девчонки, кобельё! – возмутилась Анютка. – Совсем взбесились?

- Третья бригада! На вызов! – взвыл матюгальник. – Срочно! Третья бригада!

Я вернулась к столу, прижала шарик ракеткой и поплелась к машине. Обидно проигрывать всухую, пусть даже и своему доктору.

- Ты подумай, долго ждать не буду! – крикнул мне вслед Юрка и свистнул. – Потом не возьму.

- Моя крыша такого испытания не перенесёт, - буркнула я себе под нос и забралась в машину.

- Привет, Рыжик, - поздоровался со мной водитель Сашка. – Чего грустная такая?

- Витька меня под орех разделал, - пожаловалась я. – Как щенка.

- Ну, Витька сегодня и Львовича уделал, - успокоил Сашка. – Совсем озверел мужик.

- Что это с ним?

- Да так, - махнул рукой Сашка. – У нас с утра наезд был на школьника…

- И… что? – спросила я, и сердце у меня ушло в пятки. – Совсем плохо?

Я почувствовала свою вину перед доктором. Бригада не зря укомплектована помощниками, а я сегодня подвела Витю, он не мог справиться один. Вот и результат.

- Да брось ты, чтоб у Витьки и совсем плохо? – удивился Сашка. – Нормально, да и наезд был пустяковый; ни тебе переломов, ни оторванных конечностей. Одно сотрясение, даже говорить смешно. Хуже другое, Эдик с утра не в духах, докопался к Витьке. «Если твоя помощница по утрам в школе, то бери на бригаду ещё и санитара, а лучше, давай поставим к тебе постоянного фельдшера», - сказал Сашка, подражая голосу Михалыча. - Слышала бы ты, как они орали в кабинете, вороны на лету шарахались.

- А Эдик прав, - сказала я и почувствовала, что земля уходит у меня из-под ног. – Витьке тяжело одному, придется школу задвигать.

- Вот дурища! – хмыкнул Сашка. – Ты только Витьке такую идею не толкни. Голову откусит.

- О чем болтаете? Мне косточки перемываете? – спросил доктор Витя, забираясь в кабину.

- Нужен ты нам, старый пень, - хмыкнул Сашка. – Может, мы тут с Рыжиком в «люблю» играем…

- Доиграетесь, - пообещал доктор Витя. - Гони, Сань, у нас снова наезд, и снова на ребенка. У шестнадцатой школы.

Взревев сиреной, машина сорвалась с места.

- Вить, ты извини, я постараюсь больше не опаздывать, - сказала я.

- Что ещё умного придумаешь? – развернулся доктор в салон и посмотрел на меня тяжелым взглядом. – Твое дело учиться, а не придумывать всякие глупости.

- Витька, тебе лучше взять нормального фельдшера, - сказала я, и ещё больше съежилась под этим взглядом. – Я попрошу Эдика, чтобы он сунул меня на перевозку.

- Ненавижу сентябрь, - сообщил Витя водителю, отвернувшись от меня. – Дикие дети под машины бросаются, у девиц совсем башни сносит.

- Сносит у тех, у которых они есть, - поддержал разговор Сашка, лавируя в потоке машин. – А у некоторых их отродясь не было, - хмыкнул он и покосился на меня.

- Это уж точно, - согласился доктор, помолчал и добавил. – У мужиков по весне крыши рвет, а у девчонок осенью просто сносит напрочь.

- Да ладно, Витька, ты не расстраивайся, - бурчал в кабине Сашка. – Если хочешь, я нашей девице мозги сейчас прочищу.

- Не нужно, - ответил доктор. – Я понимаю, что тебе со мной тяжело, характер у меня резкий, и мягче не будет. Юрка предлагает перевести тебя к себе на бригаду, - сообщил Витя, развернувшись ко мне в салон. – У него вызова легче, и парень он весёлый.

- Я подумаю над твоим предложением, - пообещала я.

«Вернемся с вызова, пойду к Эдику и напишу заявление», - крутилось в голове. «К чертовой матери! Поеду к Артуру, он уже давно зовет. Там всё просто, это друзья, а это враги…»

Нагнувшись, я открыла ящик, переложила в карман жгут, бинт, флакон с перекисью. Так научил меня доктор Витя в самом начале нашей совместной работы, я привыкла к этому и не собиралась отказываться от своих привычек.

- Подъезжаем, - предупредил Сашка и удивленно покосился. – Вы что, ребята, совсем сбрендили оба? Да как же её Юрке отдавать?! И ты, коза, заканчивай чудить!

- Помолчи, когда не спрашивают, – буркнул доктор Витя.

Я молча выбралась из машины, прихватив с собой ящик, но далеко не ушла, доктор его тут же, около машины и отобрал.

- Не таскай тяжести! – буркнул он.

Я снова промолчала, хоть это и стоило мне больших усилий.



- Пропустите, - попросил Витя, врезаясь в небольшую группу суетящихся людей. – Скорая помощь, пропустите!

- Господи, откуда же он взялся? – причитала женщина видимо, хозяйка машины. – Я ведь внимательно смотрела, никого не было. Я смотрела… - объясняла она, тряся за руку молодого гаишного лейтенанта, других слушателей рядом не наблюдалось. – Его не было, вы понимаете, его точно не было. Я ехала очень осторожно …

- Успокойтесь, расскажите, как всё произошло? – пытался общаться с ней лейтенант, но всё было бесполезно, пластинку заклинило.

- Его не было, я точно помню, - всё трясла и трясла лейтенанта женщина.

В крыле и капоте белых жигулей были вмятины, рядом лежал велосипед с погнутым передним колесом.

- Пострадавшие есть? – спросил доктор Витя. - Что здесь случилось?

- Сюда! – позвал нас ещё один гаишник постарше, сержант. – Здесь мальчик, он упал с велосипеда.

Парнишка лет двенадцати сидел, прислонившись к крылу тех самых белых жигулей, только со стороны водительской двери.

- Успокойтесь, сейчас разберемся, – просил лейтенант, пытаясь отцепить руки хозяйки жигулей, от своего рукава. – Кто-нибудь видел, что произошло? Свидетели есть?

- Что у тебя болит? – спросил Витя, ощупывая голову мальчика. – Ты ушибся?

- А чего она? – хлюпнул носом парнишка. – Дура какая-то.

- Я видела, - сказала пожилая женщина. – Машина ехала по улице, а из ворот школы вылетел этот сорванец на велосипеде. И ведь даже не затормозил. Врезался прямо в машину, и перелетел через неё.

- Понятно, - кивнул лейтенант. – А машина быстро ехала?

- Я его не видела, его не было. Откуда взялся? – продолжала причитать хозяйка жигулей, всё так же тряся руку лейтенанта.

- Нет, очень медленно, - пояснила пожилая женщина.

- Дурдом, - высказал свое мнение подошедший к нам Сашка.

- Здесь больно? – спросил доктор Витя, ощупывая спину парнишки.

- Больно, - ответил, наконец, парень, и уставился на доктора с какой-то идиотской улыбкой.

- Не нравится мне всё это, - вздохнула я и присела рядом с доктором. – Вить, что у нас?

- Средней паршивости, - ответил доктор. – У мальца сломана нога и вывих плеча.

- Гонщик, - хмыкнула я, разрывая штанину его тянучек. – Сань, принеси шину, на ногу и носилки, - попросила я нашего водителя.

- Чё это я гонщик? – перевел на меня взгляд мальчишка. – Это тётка…

- Свистеть будешь родителям, - хмыкнула я. – Ты протаранил машину, вот и придется твоим родителям платить.

- Малыш, страхуй, я плечо вправлю, - попросил Витя.

- Сейчас, - я прижала парня спиной к машине, не давая ему дернуться. – Готово.

- Это она на меня наехала, - выдал вдруг парнишка. – Чё это сразу платить-то?

- Ещё что придумаешь? – поинтересовалась я. – Глаза дома забыл?

- Это тётка дура, - буркнул парень. – Бешеная какая-то.

Меня очень удивила его замедленная реакция, ведь доктор вправлял ему вывих и это болезненная процедура, а мальчишка не реагирует.

- Вы понимаете, его не было, я не знаю, откуда он выскочил, - хозяйка жигулей, оставила в покое лейтенанта и  начала трясти за плечо моего доктора.

Нет, я понимаю, люди разные, реагируют на стресс по-разному, но мозги-то должны работать? Мы же не семечки щелкаем, не нужно мешать работать.

- Сержант! Ко мне! – рявкнула я.

Мальчишка даже ухом не повел, а Витя удивленно посмотрел на меня и дернул плечом, скидывая руку женщины.

- Не мешайте, - попросил он. – Ты чего, маленькая? Что случилось?

- Ты чего бузишь, Рыжик? – поинтересовался подошедший Сашка.

- Убери эту бабищу, пока я её не покалечила, - попросила я Сашку, кивнув на взбутетененную хозяйку жигулей.

- Малыш, всё нормально, успокойся, - попросил Витя. – Дай бинт, зафиксирую, - протянул он руку, в которую я тут же положила бинт.

- Мадам, отодвиньтесь, а то зашибу ненароком, - сказал Сашка, отодвигая носилками женщину подальше от нас. – Рыжик, держи, - протянул он мне шину.

- Кидай, - кивнула я. – Сейчас, Витька закончит…

- Что случилось? – поинтересовался подошедший гаишник.

- Уберите её, - попросила я, кивнув на хозяйку жигулей. – Мешает работать.

- Нет, вы понимаете, его же не было, - вцепилась она уже в нашего Сашку. – Откуда он взялся?

- Мадам, я вас предупреждал, - хмыкнул Сашка и достаточно грубо отодвинул женщину носилками подальше от нас.

- Пройдемте, запишем ваши показания, - предложил сержант. – И отпустите мужчину.

Но она не обращала на сержанта никакого внимания.  Вцепившись в руку Сашки, бормотала, как заевшая пластинка о том, что велосипедист взялся неизвестно откуда.

Сашка удивленно уставился на неё, не зная, что предпринять. Не драться же ему, в самом деле, с женщиной.

- Отцепитесь от меня, - попросил он.

Док закончил бинтовать плечо мальчишки и, вытащив фонарик, проверял реакцию. Ему тоже не понравилась заторможенность мальчишки. Ведь должен был тот среагировать на боль, а не среагировал.

*****
- Что там? – поинтересовалась я, закончив накладывать шину на сломанную ногу. – Сотрясение?

- Нет, - ответил доктор Витя и удивленно посмотрел на меня. – Не пойму, зрачки очень узкие, но реагируют симметрично.

- Вот черт! – выругалась я, принюхавшись к парнишке.

- Что случилось? – удивленно спросил Витя.

- Уже ничего, - ещё раз принюхалась я. – Витька, ты не узнаешь этот запах?

- Какой? – удивленно спросил доктор.

- Это не сигареты, ты должен помнить … по Афгану, - напомнила я.

- С ума сойти и не вернуться, - почесал затылок Витя. - Санька, погнали быстрей в больницу.

- Женщина, не нужно на меня грудью давить, - отбивался от жигулистки Санька. – Даже такой… аппетитной.

- Нет, вы не понимаете, его не было, он неизвестно откуда взялся, - доставала нашего водителя владелица машины.

- Ну всё, - разозлилась я и поднялась. – Коза, ещё раз мужика тронешь, я тебе рога отломаю! – развернула я её к себе.

- Что? – удивленно посмотрела она на меня.

- Руки, говорю, убери, - посоветовала я, кивнув на Сашкин рукав. – А то, загипсую по самые зубы. Найди себе другого мужика.

Женщина с недоумением уставилась на меня. Это уже хорошо, она начала выбираться из состояния ступора.

Сашка, освободившись из её цепких лапок, схватил подмышку мальчишку, прихватил другой рукой носилки и помчался к машине, видимо опасаясь, что женщина снова схватит его.

- Санька, хоть носилки оставь!  - крикнул ему вслед доктор Витя, запаковывая ящик.

- Не копайтесь! - обернулся Сашка и нырнул в машину.

Сержант рассмеялся, глядя на Сашкино бегство. Действительно, это выглядело со стороны забавно.

- Смотри-ка, как припустил, - усмехнулся сержант.

- Надеюсь, когда к твоему ребенку приедет скорая, такая же сучка будет мешать врачам, - негромко сказала я, глядя на сержанта. – Повеселишься.

Улыбка сползла с лица сержанта, он развернулся к тетке и что-то негромко сказал. Женщина даже шарахнулась от него, и её взгляд стал осмысленным. Нормальная шокотерапия, вот только давно было пора привести её в чувство.

- Пошли, Малыш, не связывайся, - попросил доктор и потянул меня за рукав.



- Что же с тобой такое? – спросил доктор Витя, измерив парнишке давление. – Где у тебя болит?

- Нигде, - вяло ответил парнишка, не открывая глаз.

- Падает? – поинтересовалась я.

Машина летела по улицам города, Сашка очень старался.

- 80 на 50, что за чертовщина? – ответил доктор. – Неужели у нас кровотечение?

- Сейчас вытащим, не критично, - я открыла один из ящиков, отыскала пакет изотонического, наладила систему, повесив флакон на крюк.

- Луна, это третья, - связался с диспетчерской доктор Витя, пока я возилась с капельницей.

- Слушаю тебя, - откликнулась Оксана.

- Свяжись с областной детской, - попросил Витя. – Пусть хирург спустится в приемное. Похоже, у нас внутреннее кровотечение, но пациент под наркотой.

- Сейчас позвоню, - пообещала Оксана.

- Что там у нас? – не поворачиваясь, поинтересовался Сашка.

- Хреново, Сань, гони, - попросил доктор и вернулся в салон.

- Витька, парень же боли не чувствует, полететь могло что угодно. Попробуй прощупать, - посоветовала я.

- Следи за давлением, - попросил доктор, и занялся осмотром живота мальчишки.

- Вить, а давай адреналин по шлангу пустим? – предложила я, заметив, что давление не растет.

Ну да, это самый простой способ – ввести адреналин. Сосуды под его влиянием сужаются,  кровоток в них становится мощнее, давление растет.

- А как он среагирует? Вдруг совсем с ума спрыгнет? – доктор продолжал прощупывать живот. – Под наркотой реакция непредсказуема, начнет вырываться, кровотечение только усилится.

- Мда, я не подумала, - согласилась я. – Санька, гони!

- Так, похоже, я нашел, - сообщил Витя. – И, похоже, селезенка полетела. Давай сюда холод!

Я перебросила доктору пакет, который он активировал и положил на место предполагаемого повреждения.

- Малыш, капельницу струйно и следи за давлением, - приказал он, а сам начал прослушивать легкие, боясь пропустить повреждение и в них.

- Сработало, - сообщила я, глядя на стрелку тонометра. – Поднимается.

- Отлично, - кивнул доктор Витя.

- Подъезжаем, - предупредил Сашка. – Встречают  с каталкой.

Теперь оставалось самое легкое – передать пациента врачам в приемном, объяснить, что с ним случилось. Они проверят наши предположения на аппаратуре и начнут лечение.



*    *    *

- И чего это у вас творится? – спросил у Сашки Паша, когда мы сидели у него в «закутке» и ждали кофе. – Что за похоронное настроение?

- Лучше не спрашивай, - махнул Сашка рукой.

- А всё же? – настаивал хозяин кафе. – Может, тогда коньячку принести? Поминки справим.

- Видишь этих двух дураков? – спросил Сашка, указав на нас с доктором. – Оба уперлись. Витька с утра лютовал, предложил Рыжику перейти к Юрке на бригаду, а она удила закусила.

- Не буду я работать с Юркой, - спокойно пояснила я. – Надеюсь, с новым помощником тебе повезет больше, чем со мной.

- Батя, Глазастик, вы что? – удивился Паша.  – Вы что, серьезно?

- Пойду я, в машине подожду, пока вы здесь наболтаетесь, - поднялась я с дивана и отправилась к выходу.

- Малыш, - доктор Витя поймал меня за руку и усадил обратно на диван. – Да остановись ты, - попросил он. – Я не уговаривал тебя перейти к Юрке, я не хочу, чтобы ты уходила с бригады. Не хочу.

- Мое заявление уже лежит на столе у Эда, я увольняюсь и уезжаю, - сообщила я.

- Девушка, угости кавалера сигареткой, - спокойно попросил доктор.

- Ты же не куришь, - удивилась я, вытаскивая из кармана пачку.

- Не курю, - согласился Витя. -  Паша, мы у тебя здесь подымим под коньячок, пока кофе ждем?

- Сколько хочешь, - Паша поставил на стол пепельницу, бутылку коньяка и фужеры. – Сань, пойдем, ты мне поможешь, - позвал он.

Сашка подскочил с дивана с таким энтузиазмом, будто в его филейную часть впились минимум пять пружин, и выскочил из кабинета раньше хозяина.

- Тебе налить? – спросил доктор и потянулся к коньяку.

- Не пью и тебе не советую, - покачала я головой.

- Как хочешь, - кивнул он и налил коньяк. – А я не откажусь.

Он выпил коньяк одним глотком, даже не поморщившись, вытащил из пачки сигарету и прикурил.

- Витька, ты же не пьешь, - удивленно уставилась я на него. – И не куришь! Что с тобой?

- Не курю, не пью, и не влюбляюсь, особенно в рыжих девчонок, - кивнул Витя, выпустил дым и снова потянулся к бутылке.

- Не нужно, - попросила я. – Не пил и не начинай, пожалуйста.

Я остановила его, забрав из руки бутылку, а доктор и не сопротивлялся. Только невесело усмехнулся.

- Я хочу... я не хочу, чтобы ты уходила с бригады. Останься, - попросил он и потерся щекой о мою ладонь.

- Поздно, мое заявление лежит на столе у Михалыча, - напомнила я.

- Это не проблема. Я его порвал у Эдика на глазах.

- Как это? – удивилась я. – И он тебе разрешил?

- Он мне его сам отдал, - усмехнулся доктор Витя. – Ты лучше расскажи, как умудрилась от занятий отлынить?

- Ну, это совсем просто, - махнула я рукой. – У нас Катерина ушла на пенсию, взяли новенькую, Мариной зовут. А она, дурища, сегодня на занятии попыталась нам объяснить, как ставить капельницу.

- И что?

- А собрать её не смогла. Стоит, держит кучу трубок в руках и смотрит на них, как будто первый раз в жизни видит. Собрала я ей систему, наладила, даже поинтересовалась в какой режим работы поставить, - развеселилась я, вспомнив сегодняшнее занятие.

Доктор Витя усмехнулся, припомнив, как я в первый раз возилась с капельницей, а он объяснял, как собирать её.

- И что было потом?

- А потом она начала нам рассказывать, как трудно сделать внутривенный укол, и что она нас этому научит ближе к новому году. Я её спрашиваю, а что в них сложного.

Доктор Витя внимательно слушал мой рассказ, и смотрел теплыми кошачьими глазами. Он ничем не напоминал, кто мне помог постичь все эти премудрости. Но я-то помню, как он возился со мной, терпеливо учил и объяснял.

- Короче, Марина к концу занятия уже смотрела на меня, как Ленин на буржуазию. Надоела я ей хуже горькой редьки со своими вопросами и уточнениями.  Вот она и предложила «Если сделаешь внутривенный укол сама себе, и не порвешь вену, я ставлю зачет автоматом, и встречаемся в июне на экзамене».

- Ну что, молодец, без «фуфыриков», - похвалил доктор Витя, рассматривая место укола. – А что колола?

- Глюкозу, я сегодня проспала, попить чаю не успела, - пояснила я. – Заодно и позавтракала на халяву.

- Халявщица, - улыбнулся доктор. – Тут тебе и завтрак, тут тебе и зачет.

- Ага.

- Малыш, оставайся, не уходи, - снова попросил доктор.

- Уже осталась, - кивнула я.

- Ну вот и хорошо, - вздохнул Витя и засунул меня подмышку. – Интересно, где там Пашка застрял с нашим кофе? Или он решил нас голодом уморить?

Комментарии

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено

Название рассказа*


Анонс
Полный текст*
Ничего не найдено
Картинка

Защита от автоматического заполнения